Detroit: Программный сбой

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Detroit: Программный сбой » Личные эпизоды » [12/13.12.2038] save scumming


[12/13.12.2038] save scumming

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

SAVE SCUMMING
https://i.ibb.co/8jdFZkk/savescumming.png
Dolores Finch : Elijah Kamski
[12/13.12.2038]

Элайджа Камски и Долорес Финч оптимизируют ассортимент продукции «Киберлайф».

+1

2

Автопилот, не доехав до главного входа, свернул на боковую дорожку и, обогнув небоскреб, притормозил, высаживая одного из пассажиров. Затем дверь закрылась, и машина поехала дальше, а Элайджа Камски остался стоять на обочине, запрокинув голову и глядя на башню, светящуюся в темноте многочисленными окнами - за исключением нескольких этажей примерно посередине небоскреба, где выбитые стекла были затянуты пленкой. Днём на внешнем каркасе, наверно, можно было увидеть следы пожара, но сейчас, в темноте, стальная сетка была везде одинаково черной. С полминуты Камски смотрел на башню, думая о том, как странно было приезжать сюда тайно и под покровом ночи. Затем он опустил капюшон пониже на глаза и зашагал в сторону складов и зоны погрузки, набирая на ходу СМС: «Я буду ждать вас у служебного входа».

Сегодняшний разговор с Хлоей оставил у Камски ощущение неопределенности. Отпустив её, он ещё долго думал о произошедшем, собирая в одну картину всё, что он успел узнать о Заккори – из личного разговора с ним и из файлов памяти Хлои. Еще неделю назад он даже не подозревал о существовании проекта RK500. После теракта он полагал, что это проблема полиции и федералов. Возможно даже армии, раз уже это их «заказ». Теперь стало ясно, что Заккори – это его, Элайджи, личная головная боль. Наличие фигуры 500-го на шахматной доске абсолютно его не устраивало, а главное, Заккори подобрался слишком близко к нему самому. Камски не нравилось ощущать, что его жизнь зависит от непредсказуемых капризов взбесившейся военной машины. Он понял, что рассчитывать на власти не приходится, и ему самому нужно будет искать средства устранить эту проблему. В конце концов, у него созрело что-то вроде стратегии: список действий, которые он может предпринять, чтобы несколько ограничить возможности 500-го, а в итоге, возможно, и вовсе вывести его из игры.
Поэтому тем же вечером он решил съездить на остров Белль. Желательно было при этом, чтобы никто в башне не знал о его визите – кроме Долорес Финч, которой он вполне мог доверять в этом деле и которой он заранее отправил сообщение с просьбой задержаться вечером в башне.
И теперь он ждал у служебного входа, стоя в стороне и наблюдая за работой нескольких андроидов на площадке и за тем, как от терминала отходили грузовики «Киберлайф». Через некоторое время площадка опустела, а потом в дверях появилась невысокая фигура.
- Долорес, - поздоровался Элайджа, подойдя к ней, - Надеюсь, вас не смущают все эти меры предосторожности – я просто не хотел, чтобы кто-то ещё из сотрудников знал о моём приезде. У меня есть дела в башне и мне понадобится ваша помощь. Мне нужно…
Он вдруг замолчал, глядя на женщину сквозь стекла очков. Несколько отвыкший от нормального общения с людьми, он напомнил себе, что в мире существует такая вещь как вежливость. В принципе, сотрудники корпорации и так привыкли к его манерам и к тому, что он не тот парень, с кем можно поговорить по душам. Но, пожалуй, иногда можно было и сделать исключение. Всё же Долорес много лет работала в компании и согласилась продолжить работу даже после того, как большинство сотрудников-людей было уволено. Да и то, немногочисленные оставшиеся люди работали, в основном, на верхних этажах – юристы, финансисты и прочие, по сути, бесполезные ребята. Строго говоря, на данный момент Долорес Финч была единственным человеком, работавшим на производстве. И пока нижние этажи башни были под её управлением, Камски был спокоен. И ей наверняка пришлось нелегко. Кажется, последний раз Элайджа разговаривал с ней в ноябре, когда по договоренности с Маркусом он открыл девиантам склады и мастерские «Киберлайф». Прошёл всего месяц, а столько всего успело перевернуться с ног на голову.
- У вас не будет закурить? – спросил он вдруг, улыбнувшись краем губ. - Простите, что не нашел времени поговорить с вами раньше. Последние недели выдались… довольно напряженными, верно? Как ваши дела? Как вам работается с девиантами?

+1

3

Долорес зябко передернула плечами, глядя сквозь тающее дымное облачко в серое небо Детройта. У общества настал переходный возраст.  С битьем небоскребов, за неимением больших международных тарелок, и громкими заявлениями. Родители резко стали плохими…  Насколько она помнила, курить здесь было нельзя, но гонять и обещать злостным курильщикам кары небесные и административные стало просто некому.  Да и не то, чтобы в этой комнатушке что-то обещало дополнительно рвануть от одного  лишнего окурка. Просто имиджу кампании сильно неприятен вид задрюканых, покрытых копотью, как черти из зада, технарей, дымящих здесь почти в любое время дня и ночи. В аду было бы тепло, здесь же ночами было не то что сильно холодно, но уж очень промозгло. Любой ветерок стремился повыситься в статусе до сквозняка и успешно выхолаживал форму, выгоняя работников греться на этажи выше или ниже. Да и высокие потолки добавляли забот, как осветителям, так и безопасникам, чьи сферы интересов пересекались почти на каждом шагу.  Так что, в общих чертах, мнения о месте проведения работ имели именно проктологический уклон, а об аде ребята уже тихо мечтали, обсуждая за короткими обеденными и ужинными перерывами как, кто и где будет отгуливать и отсыпать свой недосып, недожор и недогул. С недосыпом и недожором Долорес помогала ее верная Марта, принося еду и едва ли не силой утаскивая загулявшего человека домой (или же хотя бы в подвальный кабинет) отсыпаться. А с последним помогал уже возраст. В конце концов, все эти задержки и загулы приносили свои плоды – лифт  разобрали и заменили, нижний сегмент шахты подлатали, 15 этаж уже всматривался в улицу через новые окна, мягким светом разгоняя ночной сумрак. «Похоже там тоже завелся свой трудоголик… основной народ уже давно спит в своих домах».
Шорох шин по асфальту отвлек ее от медитации на дым. Автопилот остановился в положенных ему пяти метрах от «…здания, сооружения или оградительного контура ограничивающего доступ на участок, если это не противоречит местным правилам дорожного движения…». Лора тряхнула  головой, вытряхивая из него остатки многостраничных и местами совершенно бестолковых правил. Все же пора было идти спать. Может она бы так и сделала, если бы не СМС. Подстать сообщению был и образ новоприбывшего. Спортивная куртка с глубоким капюшоном, затемненные очки.  Финч криво усмехнулась. Наблюдающий у камер внутреннего и внешнего видеонаблюдения наверняка сейчас взбудоражен как никогда! Надо же… Очередной неизвестный на подконтрольной ему территории, да еще и со всеми признаками террориста. В камеры ночью все сморится жутковато! Только андроиды спокойны, опознали и продолжили свою работу. Или же просто предоставили людям разбираться самим в их дрязгах. Не так уж много выжило их – детей технического прогресса. Решительные погибли первыми, смелые – чуть позже, хитрые просто исчезли. Кто остался? Осторожные, да трусливые. Ну и… те, кому было ради чего оставаться.  Едва площадка опустела, Долорес заставила себя подняться со стула в закрытом на вечный ремонт не то туалете, не то подсобке первого этажа, закрыть длинную покрытую зеркальной пленкой форточку и выйти через запасной выход. Старость не радость – колено предательски скрипнуло и заныло. Ну очень вовремя! Там еще в серверную пучок кабелей тянуть с ее запястье толщиной!
С гостем она не ошиблась – легкий кивок, как всегда занят, сразу к делу, ну да когда это было пороком? Лора чуть дернула уголками губ и кивнула в ответ, сразу переключаясь на ЦУ, одновременно пытаясь разглядеть бледное лицо говорящего в неясном сете наружнего освещения. Иллюстрация к присказке «не напрягай врагов - загони себя сам». За то время, что они не виделись, Элайджа Камски с этим справился так, как никто другой не смог бы. Внезапное молчание отвлекло ее от разглядывания молодого человека лучше оклика. Ну да… видок у нее самой тот еще, на лице, одежде и руках побелка, бетон и следы копоти – волной жара закоптило запотолочное пространство, поспекало провода, а потому ремонтникам пришлось осваивать еще и должность уборщиков, волосы взлохмачены, но зачем так уж смущаться? Не сломается авось старушка Лора!
- Да уж, «новый народ» скучать не дает и делает жизнь насыщеннее некуда! – усмехнулась логист, попутно добывая чуть помятую пачку из кармана спецовки. – Те, кто не боится и работает, те уже освоились, и воспринимаются как люди, где-то в районе 16-28 лет, с редкими примесями совсем детских реакций. Те, кто боится или озлоблен, грубят или не идут на контакт, с ними сложнее, но их мало, так что без потрясений. Все в пределах нормы.
Поделившись сигаретой, женщина, не удержавшись, достала одну и себе. Марта потом будет  обижаться - ее человек опять нарушил свои же правила по количеству никотина в день. Вот акие они не постоянные люди
- Работы идут полным ходом, пришлось пригласить несколько человек электриков, кое-куда андроидов в их текущем состоянии пускать не безопасно. Оценка состояния у них хорошо идет, но девиация дала им слишком много свободы, и что с ней делать никто не объяснил. 
Она замолчала, передавая найденную в другом кармане зажигалку и разминая пальцами бумажную трубочку. Привычка, раньше она курила далеко не сигареты.
- Предлагаю сделать небольшой круг по парку – не зачем радовать камеры. С юности их не люблю. Ни выступления, ни видео, что с фиксацией звука, что без. У вас же было какое-то задание для меня?

+3

4

Камски взял сигарету из рук Долорес и закурил, как человек, последний раз куривший лет десять назад. Он сам удивился этому пожеланию, но сделав затяжку (неловко закашлявшись и улыбнувшись, как подросток), сделав еще одну - почувствовал странное блаженство.
- Не замёрзнете? – на всякий случай спросил Элайджа.
От прогулки он отказываться не стал, хотя камеры его особо не беспокоили – его лицо было скрыто капюшоном. И если особо не всматриваться, он вполне мог сойти за одного их сотрудников – да хоть за андроида (не то, чтобы он часто видел курящих андроидов, но система имитации дыхания вполне позволяла это делать, так что гипотетически…)
Они двинулись по алее вглубь острова. В течение тех нескольких недель после революции, когда Камски вернулся на пост генерального директора и буквально жил в башне «Киберлайф», он не раз по утрам выходил на пробежку - обычно в сторону мыса, по дороге вокруг искусственного пруда, расположенного перед башней. Но пространство там было хорошо освещено и просматривалось как на ладони. Здесь же было темно и тихо. Слышно было только как иногда по мосту проезжал транспорт корпорации - те андроиды, что жили на базе «Иерихона», и те, у кого был дом в городе, уезжали на монорельсе домой... А любопытно было был взглянуть на дом, комфортный для андроида. Как выглядит помещение, в котором было бы уютно машине, не нуждающейся в еде, сне и отдыхе? То, как должен выглядеть идеальный город машин, Камски условно представлял - на примере виртуального городка, созданного «Иерихоном» в сети. Забавно, что на фоне всего происходящего подобные мысли не перестали его занимать. И отзыв Долорес о работе с андроидами его живо заинтересовал.
- Неудивительно, люди-то не все знают, что делать со своей свободой... Простите мне мой интерес, просто так уж вышло, что мне практически не довелось пообщаться с девиантами - не считая Маркуса, конечно, но и с ним мы говорили исключительно о делах.
«И не считая вчерашней встречи с Заккори, которую при всём желании нельзя назвать обычной беседой».
Впрочем, был ещё короткий разговор с Хлоей – но он свёлся к тому, что девиантом она быть не захотела…
Так или иначе у Камски, строго говоря, не было возможности понаблюдать за девиантами в обычной обстановке и просто увидеть, какие они и как живут. Ирония.
- Пока я сам находился в башне, андроиды относились ко мне настороженно, - Камски усмехнулся и добавил, - Вам они, кажется, больше доверяют...
Честно говоря, Камски было спокойно при мысли, что рабочие «Киберлайф» находятся под присмотром Долорес. Мисс Финч – судя по её спокойному и деловому отчету о делах в башне – была нипочем такая ерунда, как чертов теракт и нападение с разгромом половины небоскреба. Жалоб Камски не услышал, хотя уж кто, а Долорес имела на это полное право. Одна из причин, по которым он считал, что вполне может полагаться на неё.
- Да, у меня будет к вам задание. Нам с вами сегодня предстоит уничтожить некоторое количество биокомпонентов. Речь о запчастях для конкретных моделей, и дело в том, что они могут находиться на разных складах - часть предназначено для устаревших армейских андроидов, часть - для новейших моделей.
Он остановился, повернувшись к Долорес и, видимо, взвешивая, насколько стоит посвящать её в детали. Обычно он не утруждался объяснять свои действия, но в этом случае придется сделать исключение:
- Это странная просьба, понимаю. Но это связано с событиями на Джефферсон авеню пятого декабря. Скажем так… - он глубоко вздохнул и напряженно рассмеялся, поскольку ему предстояло говорить о вещах, известных очень узкому кругу людей, - Вы знаете, что такое проект RK? Последние разработки «Киберлайф» - RK800 и RK900, так называемые «охотники за девиантами». Если вкратце, есть еще две модели – более старые, и их нет в базе данных «Киберлайф». Это RK200, он же Маркус. И RK500 - неудачная военная модель. Все они на данный момент существуют в единственном экземпляре – итого, четыре уникальные машины, - на самом деле, Камски был уверен, что у Миллер есть «запас» неактивированных девятисотых, но это было неважно, - Вот именно их совместимые биокомпоненты мы и будем ликвидировать. RK500 – лидер группировки, устроившей теракт пятого декабря, «Зловещей Долины», как они себя называют. И мы таким образом лишим его возможности отремонтироваться в случае поломки. Усложним ему жизнь и облегчим задачу полиции – если поступит запрос на биокомпоненты, мы будем знать, от кого он. Именно поэтому я хочу, чтобы никто, кроме вас, не знал об этой мере – у меня есть основания подозревать, что среди сотрудников «Киберлайф» могут быть – или появятся в будущем - андроиды, связанные со «Зловещей Долиной». Поможете мне?

+2

5

Долорес и сама не сдержала улыбки, пришлось поспешно прятать ее за очередной затяжкой.
- Марта тоже настаивает, чтобы я курить бросала…  А! не замерзну.  Там, - она глянула наверх – сейчас совсем… Ташкент. Здесь греемся.
От рассказа брови Долорес поползли вверх, но чуть подумав, она кивнула. Добрались, значит… и застали врасплох, раз все так радикально.
- Помогу. Сделаем все по максимуму. Собрать со складов не проблема, все детали от военных моделей лежат отдельно, уничтожить их тоже не вопрос… Кое-что правда стоит отправить на переплавку, хоть какие-то средства с этого поимеем. Разобрать, промыть под давлением от монтажного тириума… Кое-что заготавливали на случай экспресс ремонтов, с полной заправкой, чтоб подключить и сразу использовать. Тириум везде чистый и общий для всех моделей.
Женщина помолчала, разглядывая вспыхивающий от ветра огонек на кончике сигареты, ежась под порывами ветра. Все таки не электронная профанация.
-   Только этим мы полиции не поможем.
Финч чуть поджала губы – полицию любить было еще сложнее, чем видеокамеры и КПЗ, с прилагающимися к ним наручниками, шокером и телескопическими металлическими дубинками. Помогать прогнившей насквозь структуре не хотелось даже спустя сорок лет.
- Сейчас и они, и все заинтересованные знают, где можно достать необходимую запчасть. Стоит сломаться добронравному андроиду, и он действительно пойдет к нам открыто. Стоит сломаться Долиновцу-партизану и он полезет к нам через забор, попутно ухайдокав случайных свидетелей… Им то уже нечего терять. А если пройдет слух, что мы все утилизировали, то поиски запчастей станут заковыристей. Раньше-то людей на органы крали, теперь будут пытаться красть андроидов всех версий на запчасти. Вдруг с какой-то версии что-то подойдет? На выживших же начнется натуральная охота. Ну… или же время от времени начнут шерстить наши закрома на тему «Есть ли чё?» Безопасники трудятся, как пчелки, но и мы замахаемся в ответках. То, что их четыре официально известных, радует не сильно… я помню, какие поставки были в свое время, и в то, что спаслось только четверо не верю.  Мистер Камски… Давайте просто модернизируем оставшиеся у нас запчасти. Добавим автономный модуль на основные магистрали компонентов. В спящем состоянии он будет неотличим от других компонентов, и активен только в случае обращения к нему. Короткое сообщение с координатами расположения, уровень примесей в тириуме, а в случае необходимости – перекрытие главной магистрали с выведением модуля из строя. Единственное обращение на свободной частоте с шифрованием гуляющим кодом поймать невозможно, особенно не зная о нем. Зато мы будем знать, куда загуляла наша запчасть и с кем она гуляет. Хотят брать, пусть берут, но мы с этого будем иметь контроль.
Она прикрыл глаза.  Сразу едва не навернувшись на ровном месте.  А не надо с закрытыми глазами по парку гулять!
- Раздолбать и переплавить конвейеры по производству деталей к ЭрКа за ночь будет сложно, но можно снять моторы и управляющие блоки с материнками. Тут опять же, не стоит надеяться, что если детали не будем делать мы, то их никто не станет делать. Делать будут, хоть и паршивого качества. Китай же вроде еще не подорвался? Ну вот. Произведут одну детальку, другую, а отвечать все равно нам, почему по улицам гуляют кривобокие китае-дроиды с рекламой в место мозгов.  У Китая андроиды будут. Пусть и плохие, а у нас не будет и плохих.
Дорожка подвела гуляющих к берегу озера, порывом ветра принесло влажную прохладу. Силуэты голых по зиме деревьев обступили плотнее, у берега же местами склоняясь почти до самой воды.
- Зато под задницей у нас будет бомба недовольства от «нового народа», который будет ждать пока и для их моделей техноохранение накроется медным тазом. Снять с конвейеров управляющие модули, законсервировать, чтобы показать, что больше мы не производим рабов. Открыть музей и водить зевак среди пустых корпусов старых машин по сборке, чтобы у самого заядлого любителя дивана возникла установка  – «рАбоферма закрыта и добро торжествует». Они же этого хотели? А для мирных девиантов у нас, по-прежнему, есть детали. «Мы не бросаем своих». Репортерам лозунги понравятся, а те кто умеют читать между строк поймут, что с нами выгоднее дружить, чем воевать. Раз уж так получилось, хоть лицо сохраним.   Это только предложение, если… оно не подходит то сейчас же поедем и все утилизируем.
Долорес замолчала, переводя дух, и пригасила окурок о край урны, в которую тут же отправила оплавившийся фильтр. За время монолога сигарета истлела сама, не принеся желанного успокоения, и теперь срочно требовалась следующая.
-Ну что, грузим оборудование и едем к 1-B складу, все переплавлять, или к мастерским подготавливать оптимизацию и легенду? – уточнила она, чуть прищурив глаза от ветра и влажной пыли.

+2

6

Они вышли к берегу, и Камски остановился, повернувшись лицом к Долорес:
- Нет, мы сделаем так, чтобы никто не узнал о ликвидации запасов. Конвейеры пусть стоят как стояли. Иначе кто-то из сотрудников обратит внимание раньше времени. Запчасти RK и так сняты с массового производства – в них нет нужды. Единственное, что я сделаю – удалю с заводских компьютеров их модели и программы их изготовления, так что даже если кто-то попытается напечатать партию, ничего не выйдет.
Долорес рассуждала вполне здраво, когда говорила о том, что в случае чего «Долина» может просто прийти и взять своё. Очевидно, она понимала, что находится здесь в немалой опасности – хоть и говорила об этом будничным тоном без особых эмоций. Только вот Камски был чуточку лучше осведомлен о планах террористов. Но не мог же он рассказать Долорес о собственной встрече с Заккори или о его разговоре с Хлоей…
- Если вдруг «полезут через забор», как вы говорите, то пусть лезут, не препятствуйте. Главное, сами не попадитесь под раздачу, - Камски вдруг пристально взглянул на неё и добавил, – Я серьезно, Долорес. Если явятся сюда, позаботьтесь о собственной безопасности и только. Пусть делают, что хотят – они не смогут нанести компании существенного ущерба. Однако… Видите ли, дело в том, что такой сценарий маловероятен. Если я хоть что-то понял – «Долина» не заинтересована в том, чтобы громить «Киберлайф». Я тоже полагал, что рано или поздно цеха превратятся в музей. Но, кажется, всё обстоит наоборот: в их планы входит заново запустить производство машин – всё же это единственный доступный им способ… размножения. Поэтому я почти уверен – если нужны будут компоненты, они попытаются добыть их легальным путем. Едва ли кто-то из кустарей сможет отремонтировать серьезное повреждение RK - да и прочих наших андроидов, – тут голос Камски прозвучал почти уязвленно, - Любители преуспели пока только в создании «химер». Я не против, если «Зловещая Долина» решит ремонтироваться у них – тем хуже для них.
Русские, конечно, осваивают тириумные технологии – из-за чего и развернулся весь бардак в Арктике – но о серьезных достижениях, не говоря уже о широком производстве, пока речи не шло. Китай тоже до сих пор производил классических роботов, способных работать в сельском хозяйстве, но далеких до обладания полноценным ИИ. Даже здесь, в Штатах, у «Киберлайф» не было конкурентов. Подпольные же мастера, любившие экспериментировать на досуге с машинами… - будь Элайджа андроидом, он бы не доверил свой организм этим ребятам. Хотя и полностью сбрасывать со счетов их не стоило.
Элайджа докурил сигарету, сделав последнюю, самую сладкую затяжку, и отправил окурок в урну. Потер ладони друг от друга и подышал на них. Теперь руки непривычно пахли табаком.
- Может, это напрасная суета, которая не даст никакого результата. Но чем чёрт не шутит – я предпочитаю перестраховаться. Сделаем, что можем.

Больше всего на складе было запчастей для RK900 – до революции Госдеп планировал заказать большую партию «охотников на девиантов». Приняв у Маргарет Миллер дела компании, Камски ознакомился с контрактом на 200,000 машин. Двести тысяч Ричардов – это просто невероятно. К счастью, до этого не дошло, но запчасти запустили в производство.
Так же были компоненты для RK800 и кое-какие остатки RK500. По понятным причинам, деталей для Маркуса не было и быть не могло. В целом, список был приличный, но часть можно было вычеркнуть. Скажем, сломай 500-й себе ножки, он мог бы позаимствовать новые у других легких военных моделей – хоть у SQ800, хоть у «Мирмидонцев» и «Троянцев». С ручками было сложнее – в руках у RK, в отличие от прочих, был встроенный проектор, так что запчасти других андроидов могли выдать сообщение об ошибке совместимости и отсутствии нужного софта. Однозначно в огонь практически полностью отправится содержимое головы, включая модуль прогнозирования и всё, что работает в связке с ним. Блоки анализа обстановки, регуляторы работы сенсоров, регулятор аккумулятора, «спинной мозг», рассылающий сигналы движения между биокомпонентами (Камски вдруг вспомнил, как однажды уже чинил Маркуса, повредившего этот биокомпонент – давным-давно, задолго до революции, когда ещё был жив Карл Манфред). Конечно, нужно было быть немалым оптимистом, чтобы рассчитывать, что 500-й непременно повредит что-то из этого. С другой стороны – рано или поздно повредит. Учитывая, как охотно эта безумная машина лезла на рожон.
Сколько же проблем из-за одного-единственного оловянного солдатика.
- Переплавить, - сказал Камски, когда они вернулись к башне, - Я тоже размышлял о том, что неплохо бы использовать компоненты для отслеживания. Боюсь, внутренние системы безопасности обнаружат дополнительный модуль. К тому же я абсолютно не хочу, чтобы террористу достались рабочие запчасти. Я вот о чём подумал: мы сделаем их бесполезными. «Сломаем», а не модернизируем. И подсунем жучок. Установить себе такой компонент не получится – сойдет за заводской брак – а вот местоположение мы узнаем. Но так или иначе, нам нужно оставить всего по одному экземпляру каждого биокомпонента. Сколько на складе #A923w? Допустим, два ящика по паре сотен в каждом. Мы оставим одну штуку как приманку, остальные 399 – в огонь.
Они вместе поднялись в операторскую (Камски шёл позади Долорес, предоставив ей заранее прогонять андроидов отовсюду, где им не стоило сейчас находиться). Здесь он первым делом открыл на своём мобильном список – длинный набор цифр с кодами биокомпонентов (#3656z, #3990f, #B656n, #C657 и так далее, и так далее) и протянул его Долорес, чтобы она проверила их наличие и точное расположение. Сам он сел за один из терминалов, введя свой пароль – формально главой компании была теперь Хлоя, но у Элайджи Камски, разумеется, остался полный доступ к абсолютно всем системам башни. Он занялся удалением данных о биокомпонентах из автоматизированной заводской программы – все сведения, параметры и данные, необходимые для их производства были стерты. Заодно отключил складские камеры слежения, пустив крутиться по кругу видео, на котором не происходило ровным счетом ничего. После чего вышел из системы и подмигнул коллеге:
- Готово? Берем погрузчик и поехали. Только вы за рулем. В последнее время не могу похвастаться острым зрением.

+2


Вы здесь » Detroit: Программный сбой » Личные эпизоды » [12/13.12.2038] save scumming