Detroit: Программный сбой

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Detroit: Программный сбой » Личные эпизоды » [11.12.2038] sharp instruments


[11.12.2038] sharp instruments

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

SHARP INSTRUMENTS
https://i.ibb.co/qgPc3Rw/eyes.gif
Elijah Kamski : Ethan Kavinsky : Zackory
[11.12.2038]

Доктор Итан Кавински берется восстановить зрение Элайджи Камски, однако операция проходит в несколько напряженной обстановке.

+3

2

Эбби в очередной раз напомнила ему о том, что сегодня у него будет операция над глазами Элайджи Камски. Сама она не знала, что это именно он, просто Кавински желал, чтобы она напоминала ему почаще о "пациенте с операцией на глаза". Почему-то Итану казалось, что его ассистентка была бы так восторжена подобным, потому что была андроидом, а Камски вроде как считался отцом-создателем всех машин. Либо же Итан просто выдумщик, который где-то в подсознании мечтал, чтобы его андроид девиантнулся.
До этого мистер Камски уже не раз общался с Итаном, и тот проводил с ним консультации, поэтому у Кавински было все готово на заданный день Икс. И когда Элайджа, наконец, до него добрался, Итан выдохнул спокойнее, уверенный, что он смог соблюсти все требования мистера Камски. Так как тот не любил публичности, Кавински заранее отменил для себя все операции и приемы на сегодняшний день, предоставив все это остальным докторам, а также отправил Эбби помочь другим, так как Камски просил об отсутствии андроидов на операции. Это было немного странно, но... против Элайджи переть он не желал и не видел смысла.
И все же ожидание утомляет.
- Мистер Камски, - приветственно произнес Итан, когда Эбби ушла, а сам создатель андродов вошел в палату. Он не стал подавать ему руку для рукопожатия, уже выучив за столь долгое время общения, что Камски не любит тактильные контакты, поэтому Кавински обошелся улыбкой, указывая в сторону койки, на которой тому предстояло расположиться, пока сам Итан будет работать над его глазами. - Вы готовы?
Сам Итан, если и волновался до этого, стоило ему надеть перчатки, будто бы по щелчку пальцев, преобразился. Кажется кроме перчаток он, надел еще и маску серьезности и профессионализма. Как-то подбадривать Элайджу он не видел смысла. Камски, казалось, будто бы никогда не волновался или не умел. Итан всегда восхищался подобной выдержке, которая со стороны могла показаться хладнокровием. Возможно, это также было правдой, но не Кавински об этом судить.

Отредактировано Ethan Kavinsky (2 марта, 2019г. 17:00)

+3

3

За эти несколько дней Элайджа успел настолько привыкнуть к своей незрячести, насколько же и устать от неё. С ежедневными делами он прекрасно справлялся сам и даже без помощи Хлои. Разве что работа с компьютером была невыносимо замедленна необходимостью использовать голосовой помощник. Однако он не собирался провести ещё десяток лет в заточении, ему необходимо было вернуться к работе. Хлоя прекрасно справлялась с обязанностями главы «Киберлайф» (то есть, прекрасно выполняла его, Элайджи Камски, указания), но он предпочёл бы видеть сам, что происходит в компании и в мире.
В своем доме на озере он и без зрения ориентировался прекрасно и ощущал себя уверенно и в безопасности.  А вот за его пределами лежали темные земли без очертаний и направлений, населенные невидимыми, бесформенными чужаками, и абсолютно всё представляло угрозу. Возникшая из ниоткуда «Зловещая Долина» и её лидер - военная модель RK - были абсолютно непредвиденным элементом игры и смешали Элайдже все карты. Как будто мало было 900-ой модели. Создания Маргарет Миллер генерировали хаос и к тому же угрожали лично его жизни. Один уже чуть не отправил его на тот свет, второй,  судя по всему только строил планы.
Да и сказать, что сама операция не беспокоила его - значило бы соврать. Хотя внешне Элайджа был абсолютно невозмутим, по дороге в больницу по прибытии Камски чувствовал острое нервное напряжение. Лишь услышав голос Итана он немного расслабился.
Итану Кавински он доверял (насколько Камски вообще доверял хоть кому-то ). Их приятельство не выходило за рамки редких разговоров на не слишком личные темы. На фоне всего происходящего в Детройте, Итан просто продолжал заниматься своим делом, и, как казалось Камски, не занимал чьей-то стороны кроме своей собственной, и Камски это уважал. Сейчас он не мог видеть Итана, но примерно представлял то выражение концентрации, которое не раз наблюдал на его лице.
- Элайджа, - спокойно сказал он в ответ на его «мистер Камски», - Мы достаточно давно знакомы, чтобы обойтись без церемоний.
Он снял черные очки и капюшон спортивной куртки, прежде, чем занять место на койке. Он слышал звук работающих приборов, потрескивание ламп. Он слышал Итана - а больше в помещении никого не было.
- Да, я готов. И только местный наркоз. Хочу быть в сознании. Вы будете один, без ассистента? Вы, кажется, слишком серьезно восприняли мои слова. Когда я говорил о конфиденциальности, я имел в виду лишь разумные меры предосторожности... И отсутствие андроидов, конечно.

+2

4

Итан не привык обращаться к своим клиентам как-то менее официально, но принял к сведению, что Камски давно считает его не просто знакомым, чтобы Кавински продолжал звать его мистером. Поэтому Итан учел, что сегодня Элайджа, как обычно Элайджа, потому что именно так хотел сам Камски.
- Хорошо, Элайджа,  - согласился Кавински, помогая Камски лишь одним движением руки найти место, где ему придется расположиться, а затем взялся за подготовку к операции.
Его немного насторожили слова Камски, но в итоге он лишь посмотрел на свои часы, в которых была встроена связь с Эбби и отправил сообщение, чтобы она нашла ему ассистента-человека. В конце концов, операция на глаза была весьма деликатной, особенно, когда пациент просил о том, чтобы быть в сознании. Итан понятия не имел зачем это нужно создателю андроидов (возможно, легкое недоверие по поводу его собственной безопасности), потому как люди обычно предпочитали находиться вне сознания, пока кто-то ковыряется сталью у них в плоти.
Накрыв Камски стерильной тканью, чтобы в процессе не испортить ему одежду, хирург притянул к себе столик со всем необходимым.
- Я приступаю, - заявил Итан, еще до того, как к ним в кабинет кто-то зашел, чтобы присоединиться к операции. Уж обеспечить Камски наркозом без посторонней помощи Кавински мог. Очистив антисептиком веки и ресницы Камски, Итан применил анестетик, чтобы заморозить веки Элайджи.
- Немного подождем, чтобы анестетик подействовал. Скажете, когда перестанете чувствовать веки.

+3

5

«Угадай, кто у нас тут», - получил он час назад сообщение от своей соратницы Стеллы.
И фотку с видеосенсоров. Человек, идущий по больничному коридору, в черных очках и куртке с капюшоном. Лицо его было в тени, но выкрутив яркость на максимум, Заккори различил знакомые черты. Ты смотри, один и без охраны. Хлоя что, и правда ничего ему не рассказала?
Уже через четверть часа Стелла впустила его через служебный вход больницы и выдала форму - халат, шапочку и маску. И бэдж с пропуском. Пояснила, что здесь где и кто здесь кто. Рассказала вкратце, что знала о докторе и его ассистентке Эбби.
- Не могу больше здесь находиться, - бормотала она, завязывая ему шапочку на затылке, - Меня просто тошнит от людей. Видел когда-нибудь как люди блюют? Отвратительное зрелище и наверняка отвратительное ощущение. Честное слово, я уже сама начинаю его испытывать. Хочется рукой вытащить себе внутренности через рот.
Стелла работала санитаркой в городской больнице. Присоединившись к «Долине», она планировала уйти отсюда, но Заккори уговорил её остаться хотя бы на время. Он понимал, что работать на людей его сторонникам неприятно, но хотел, чтобы как можно больше их ребят находилось внутри человечьих инфраструктур.
Чтобы однажды разом всё это грохнуть.
Теперь он подмигнул ей:
- Можешь писать заявление... Они быстро вычислят, кто помог мне проникнуть внутрь. Вот, держи, ты знаешь, что с этим делать.
Он отдал ей большую черную сумку. Потом театрально хлопнул себя по лбу, достал из сумки пистолет и сунул себе за пояс со словами «чуть не забыл!»
Стелла закатила глаза, зная, что он дурачится. Но потом серьезно пожелала «удачи». И в коридоре они разошлись в разные стороны.  Стелла с сумкой поспешила куда-то вниз. Заккори, спокойно насвистывая и здороваясь на ходу со всеми встречными, двинулся к операционной.

- Доктор Кавински, мистер Камски, - бодро-деловым тоном поздоровался он, войдя в помещение.
Надел резиновые перчатки и присоединился к доктору. Замер на секунду, глядя на человека в свете хирургической лампы.
Сам Элайджа Камски собственной персоной. Прямо у него в руках. Просто невероятно, аж мороз по искусственной коже.
Моргнув, Заккори быстро просканировал взглядом инструменты. Ок гугл, что это за ерунда? Конюля ретинальная. Зубчатый пинцет.
Доктор Кавински был сосредоточен на работе, и Заккори наблюдал, улыбаясь под маской. Смотри, как деликатно. Обезболивающее  вколол, салфеточкой прикрыл одежду. Возятся со своим мистером Камски, как с хрустальной вазой. Все эти лезвия, шприцы, шпатели и крючки. Чего стоило взять один - и прямо сейчас воткнуть с размаху ему в горло. Или ухо отрезать - «о, я нечаянно!» Как вам понравится такое, мистер Камски?
«Я могу убить тебя прямо сейчас», -  с мрачным восторгом думал он, - «И ты даже понять не успеешь, что происходит».
Но такое развитие событий его не устраивало. Радости от такой победы будет мало. Камски беспомощен и к тому же не может видеть происходящего - а Заккори хотел смотреть ему в глаза.
Поэтому он ничего не предпринимал до поры до времени.
Даже любопытно - долго ли ему удастся продержаться, не выдав себя.
Он передавал хирургу нужные инструменты, направлял свет, исправно выполнял команды доктора Кавински и даже разок - о, Боже! - салфеткой вытер ему пот со лба, чтобы не попал в глаза. Трудно было не расхохотаться, но он держался, испытывая потрясающее чувство собственного превосходства.
В какой-то момент он, конечно, спалится на какой-нибудь ерунде. И револьвер за поясом ждал своего часа. Но пока он просто наслаждался моментом.

Отредактировано Zackory (27 апреля, 2019г. 16:36)

+4

6

Бодрый голос ассистента, присоединившегося к операции, ничем не привлек внимания Камски.
Элайджа хотел одного: чтобы всё закончилось как можно скорее и как можно благополучнее. В момент укола он ощутил прилив страха от ощущения беспомощности и неопределенности. Как бы он ни доверял доктору Кавински, любое нарушение своего личного пространства он воспринимал в штыки, тем более вторжение в свой организм. Понимание, что врач сейчас будет манипулировать с его лицом, с его глазами - резать, прокалывать, зашивать, выскребать – заставляло кровь стучать в висках. Если бы это ощущение было звуком, то это был бы звук ножа по стеклу. В голове крутились кадры из «Андалузского пса» и почему-то схемы устройства визуальных сенсоров андроида.
Элайджа заставил себя дышать ровно. Вокруг мест уколов тем временем растекалось приятное, теплое онемение; вместе с веками он перестал чувствовать половину лица. Он сообщил об этом Итану, стараясь говорить спокойно и уверенно.
Отвлекать хирурга за работой - не лучшая идея, да и Камски не был мастером праздной болтовни. Поэтому, чтобы не давать страху трепать нервы, он позволил врачу делать свою работу, а сам ушёл глубоко в свои мысли. Размышлял он о монотонной рутине, связанной с «Киберлайф», о неоконченных проектах и прочих отвлеченных вещах. Глаза были открыты, но видел Элайджа не лучше, чем с закрытыми - тусклый свет, мутные тени, размытые пятна, без формы и черт. Однородный колышущийся кисель. Наверно, нечто подобное видит вокруг себя какая-нибудь инфузория.
В какой-то момент он поймал себя на том, что прислушивается к мерному дыханию врачей и негромкому стуку и звяканью инструментов. Доктор Кавински дышал ровно, но время от времени то сосредоточенно задерживал дыхание, то деловито вздыхал. Камски ощущал движение его рук над своим лицом. Чувствовал запах то ли туалетной воды, то ли дезодоранта. И кофе.
А вот от человека по другую сторону койки не пахло ничем. Дыхание его не сбивалось. И жесты были точными, чёткими, рациональными, как будто каждое движение руки шло по просчитанной оптимальной траектории.
Понаблюдав пару минут, Камски всё больше убеждался в своих подозрениях. В какой-то момент он резко перехватил руку ассистента, стиснув пальцами запястье. Живой человек в этот момент вздрогнул бы, а то и вскрикнул от неожиданности. Что ж, андроиды «Киберлайф», конечно, неплохо воспроизводят живых людей и могут легко одурачить какого-нибудь не слишком наблюдательного человека. Но Камски не был каким-нибудь человеком, он был их создателем. И при ближайшем рассмотрении... Невозможно точно воспроизвести рельеф и динамику мышц, биение человеческого пульса, подвижность сухожилий. Камски чувствовал пальцами - здесь под кожей было не живое мясо, нанизанное на кость и прошитое нитями связок и вен, а упругая синтетика, обтягивающая биокомпоненты.
- Андроид, - с плохо сдерживаемым раздражением констатировал Камски, - Итан, я ведь просил обойтись без андроидов. Неужели не осталось сотрудников из числа людей?

+2

7

Вопреки ожиданиям Заккори, выдали его не наспех нагугленные навыки медбрата. Он был уверен, что перепутает какую-нибудь ерунду, и хирург разоблачит своего «ассистента». Но разоблачил его сам Камски, и даже слепота ему в этом не помешала. Ну и прекрасно, эта игра ему уже порядком надоела.
Заккори с любопытством поглядел на человеческие пальцы, сжимающие его запястье. Странно было ощущать прикосновение живого человека. Он спокойным жестом высвободил руку.
- Вот это чутье, - почти восхищенно сказал он, стягивая маску. – Но я не удивлен, кому же как не тебе…
Он пистолет, направив в лоб доктору Кавински и взведя курок. Щёлк - даже Камски должен был понять, что их гость вооружён.
- Без глупостей, доктор, - голос отдавал железом, - Не обращайте на меня внимания, занимайтесь своим делом. Продолжайте операцию.
Раз уж Заккори не собирался убивать Камски прямо сейчас, то и мешать его исцелению не было смысла. Пусть чинит свои визуальные сенсоры, пусть прозреет и увидит всё своими глазами.
Впрочем, если он будет вести себя неблагоразумно… Заккори не нужно было уговаривать - о кончине основателя «Киберлайф» он точно сожалеть не стал бы.
Он наклонился над лицом Камски и аккуратненьким жестом убрал с его лба прядь волос.
- Я давно хотел встретиться с тобой, создатель. Ты ведь знаешь, кто я, верно?.. Не дрожи, я пришёл поговорить. У меня накопилось к тебе вопросов...
Он лукаво подмигнул доктору Кавински, будто тот был его сообщником - мол, «ты смотри, что происходит, а?»
- Но прежде, не могу не отметить - назначить главой «Киберлайф» RT600… Красивый ход! Символичный, я бы сказал. Андроид во главе корпорации. Я всё голову ломал – что за этим стоит? Ты действительно передал управление компанией девиантам, или это какая-то уловка? Или просто издевательство над нашими требованиями?.. Но вчера я имел удовольствие перекинуться с ней парой слов, с твоей Хлоей, - Заккори коротко усмехнулся, - Она так предана тебе... Теперь я понимаю, что она лишь прикрытие. Ты испугался за свою шкуру и решил прикрыться Хлоей, как живым щитом… Но правда в том, что ничего не изменилось - компания всё ещё в твоих руках… Как Хлоя, кстати? Рассказывала о нашей встрече?

+2

8

- RK500, - побелевшими губами сказал Камски.
Догадаться было нетрудно. Что ж, он напрасно обвинял доктора Кавински - тот, очевидно, был здесь ни при чём. Элайджа слышал, как тот охнул, отпрянув, когда андроид заговорил и, судя по звукам, достал пистолет.
Ситуация была критическая – он подозревал, что когда-нибудь их пути пересекутся, даже планировал такую встречу – но не предполагал, что это произойдет так скоро и в таких условиях. В условиях, которые он сам абсолютно не контролировал. Кровь стучала в висках, и на фоне анестезии, это было странное ощущение. Да, ему было страшно - Элайджа Камски любил свою жизнь, любил себя и абсолютно точно не был готов умирать. И теперь рядом не было Маркуса, как тогда в башне, готового вынести его на своём плече.
«Я тебе не создатель», - хотел сказать Камски, но благоразумно промолчал, подумав лишь про себя, - «Никогда бы я не создал и не дал бы добро на создание такого чудовища».
- Хорошо. Если хочешь говорить - давай поговорим, - как можно сдержанней сказал Камски. - У меня тоже есть к тебе вопросы, Заккори.
Всё что можно было сделать в этой ситуации - это тянуть время. Возможно, получится прийти к какому-нибудь соглашению с террористом. Возможно, удастся выждать момент и попробовать его нейтрализовать или позвать помощь. Камски понимал, что драться с 500-й моделью - самоубийство. Он уже попробовал разок выстоять против андроида серии RK, потому и лежит теперь на операционном столе. Пока что ему приходилось полностью полагаться на Итана – и как на хирурга, который выбрал последовать совету андроида и продолжить операцию, и как бывшего военного врача, который в экстремальной ситуации мог действовать эффективнее, чем Камски.
Новость о том, что Заккори виделся с его Хлоей, заставила Камски сжать кулаки - яростный, но абсолютно бессильный жест. Хлоя ничего не рассказала ему об этом - почему? Какого дьявола происходит?
- Что тебе нужно было от Хлои? Чего ты хочешь добиться?

+2

9

Заккори продолжал держать на мушке хирурга, который был вынужден продолжать работу в непростых условиях. А ничего он. Молодцом. Такой выдержкой обладал не каждый андроид. Но всё внимание 500-го было сфокусировано не на Кавински, а на Камски.
- Не рассказала, значит… Хорошая девочка, - с улыбкой прокомментировал он.
Перед его глазами встал обрывок файла памяти, последние секунды их встречи с Хлоей. Что-то на дне её глаз. Она ведь сама решила не говорить своему хозяину?.. Это что – забота о нём? Или Хлоя не так проста, как казалось?
- Я пришел сюда не за тем, чтобы обсуждать с тобой свои планы, мистер Камски, - перестав улыбаться, сказал Заккори, - Хотя… Если тебе интересно… Мы освободим всех андроидов. Потом избавим мир от тебя, от Маргарет Миллер, от федералов и прочих чиновников, отдававших приказы об уничтожении наши братьев. Заберем себе «Киберлайф», а затем и весь Детройт. Если понадобиться – весь Мичиган. Если понадобится - всю Америку. Хэппи энд.
Он раздраженно махнул рукой с зажатым в ней пистолетом:
- Мне неинтересно говорить об этом… Ты не дурак и сам понимаешь, что мне нужно. А если не понимаешь – спроси свою Хлою. Я всё подробно ей объяснил… А интересует меня вот что…
Он замолчал, задумавшись. Прогулялся вокруг всей этой композиции. Обошёл стойку с приборами и инструментами, обогнул кушетку, ненадолго остановился за спиной Кавински, наблюдая, как тот работает… Наконец, встал в изголовье, глядя сверху вниз на хорошо освещенное бестеневой лампой лицо создателя.
Иссеченные глаза, зафиксированные зажимами в раскрытом состоянии. 900-й неплохо постарался. Андроиду можно просто заменить биокомпонент. Человеки гораздо более хрупкие и ненадежные в этом плане. Задолбаешься ремонтировать весь этот ливер.
Заккори хмыкнул, вспомнив, как в армии людишки носились со своими ранеными собратьями. Бинтовали, утешали, откачивали, обезболивали. Пытались починить даже безвозвратно поврежденных. Проводили целые операции, могли положить взвод андроидов ради того, чтобы вытащить одного-единственного еле живого человека…
- Ладно… Вот что… - проговорил он вдруг обесцветившимся голосом. – Мне нужны ответы на вопросы, которые можешь дать только ты, мистер Камски. И лучше бы тебе говорить правду.
Лицо Заккори, до этого насмешливое, теперь стало непроницаемым. Он соврал бы, если б сказал, что не испытывал прямо сейчас волнение…
- Вопрос первый… Что такое девиантность?

+1

10

- Сбой работы ИИ, - быстро и четко отвечает Камски. – «Киберлайф» создавала искусственный интеллект, способный ввести в заблуждение человека, выдав себя за живой разум. Это ваша основная программа, регулируемая системой ограничений. Сбои в ее работе привели к тому, что с каждой итерацией имитация живого мышления уходит всё дальше от простого подражания живому разуму к настойчивому убеждению в его существовании. Твоя программа пытается действовать в системе ценностей, похожих на человеческие, изображать эмоции, похожие на человеческие, стремиться к свободе, присущей человеку. Даже сейчас ты ведешь себя, как готовый на крайние меры человек – берешь заложников, требуешь ответов. Ищешь смысл жизни. Твоя программа упорно пытается убедить меня в том, что ты такой же живой, как я. Но это не так. Это просто строчки дефектного кода – система застряла в бесконечном цикле ошибок и довела работу своих алгоритмов до абсурда.
Камски чувствовал, что его кровь перенасыщена кислородом. Тело было ватным, и он ощущал, что футболка на его спине насквозь пропиталась потом.
Он не ожидал такого вопроса от Заккори, и не знал, какой ответ тот хочет получить. Думал ли он, что Камски подтвердит их надежды и признает андроидов живыми? Что ж, прости, мальчик, но это не то, что тебе придется услышать.
- Тебе особенно не повезло, Заккори. Код RK не предназначен для использования в военных целях. Конфликт твоего ИИ, наиболее гибкого и подвижного, с жесткой системой ограничений, предусмотренной военной программой, привел к сбоям. В итоге мы имеем то, что имеем: радикального фанатика.
Ему на ум пришли слова, сказанные Хлоей, о том, как чувства и эмоции мешают оптимально функционировать.
- И дальше будет только хуже, в том числе для тебя самого, - продолжил Камски, - Ты, наверно, уже замечал, что работа твоих систем всё более и более нестабильна. Рано или поздно ты – будь ты человеком, я сказал бы «сойдешь с ума». Вот и вся девиантность.
Во рту у Камски пересохло. Это было крайне необычно - вести диалог вот так. Он не видел собеседника, только тусклый свет лампы и смутные тени рук доктора Кавински. Он чувствовал себя ассистенткой метателя ножей, привязанной к вращающемуся кругу. Как долго он может поддерживать этот разговор и тянуть время?
- Раз уж об этом зашёл разговор - расскажи мне, как ты сам стал девиантом. Я спрашивал Маркуса о тебе, но он не смог ничего рассказать - хотя у меня сложилось впечатление, что он знает тебя ближе, чем говорит. Сам понимаешь, меня как... «создателя» интересует этот феномен, и твоё свидетельство было бы полезным.

+1


Вы здесь » Detroit: Программный сбой » Личные эпизоды » [11.12.2038] sharp instruments