Detroit: Программный сбой

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Detroit: Программный сбой » Эпизоды вне времени » [14.05.2022] probably human


[14.05.2022] probably human

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

probably human
http://sd.uploads.ru/pYPOF.png http://sd.uploads.ru/EVfI3.png http://s5.uploads.ru/H1otf.png http://sh.uploads.ru/H8cK7.png

Elijah Kamski : Margaret Miller : Chloe
[14.05.2022]

Элайджа Камски и Маргарет Миллер готовят Хлою к важнейшему для каждого из них тесту.

+4

2

Камски сидел, невидящим взглядом глядя в монитор и с отвратительным скрипом прокручивая туда-сюда колесико мыши. На столе сбоку от клавиатуры валялись смятые банки из-под энергетиков. Он провел в офисе всю ночь, как это часто бывало в последние дни, внося всё новые и новые правки в код, хотя это был чистой воды невроз. Программа работала, и всё, что ей было нужно, это достаточно материала для самообучения. И, соответственно, время. То есть, то, что не зависело от него - и это его раздражало. Его вообще раздражало всё, что было вне его контроля: время,  обстоятельства, люди. Особенно, люди.
Тест Тьюринга невероятно несправедлив к машине, думал он. Человек не обязан уметь думать, как компьютер, компьютер же вынужден освоить человеческое мышление. Человек, попытайся он выдать себя за машину, сломался бы на «простейшей» просьбе, например, перемножить два шестизначных числа. Задача для него настолько же сложная, как для машины - правильно трактовать нечленораздельный вербальный мусор, который люди называют «общением», вроде «как-то всё я прям не знаю», или «ты давай там не это самое», или сакральное «так что вот так вот». Искусственный ум, тонкий, сложный, совершенный, должен был опуститься до несовершенства человеческого интеллекта и проявить, что ж, искусственную глупость. Сама эта идея не нравилась Элайдже. Он бы охотно обошелся и без этого, и без всего театра реалистичности, вроде симуляции дыхания, но он понимал, что потребитель имеет другие взгляды на жизнь. Он читал где-то, что мелкие ошибки и неловкости делают человека более симпатичным в глазах окружающих. Безупречность отпугивает людей. От этой идеи Камски, и так не любивший людей как биологический вид, испытывал к ним, лелеющим свои изъяны, настоящее отвращение. Возможно, когда-нибудь во всём этом отпадёт необходимость, но пока что компании нужно было представить продукт, который будет продаваться.
Так что пусть она дышит, пусть моргает, пусть даже разок неловко споткнется на ровном месте и очаровательно засмеется. Раз уж людям так спокойнее.
Она - это «Хлоя», проект RT600, который до сих пор держался в секрете.
На самом деле над Хлоей работал практически весь нынешний штат «Киберлайф» - только большинство участников выполняли часть своей работы, не зная толком, что именно делают и для чего. Полную картину видел только сам Элайджа Камски и его коллега и единомышленница Маргарет Миллер.
Основав компанию, Камски быстро понял, что классические технологии в робототехнике безнадежно устарели, что нужно что-то кардинально новое. Дело сдвинулось с мёртвой точки только после экспериментов с тириумом и создания системы биокомпонентов. И с тех пор... Камски уже больше года не показывал инвесторам ничего конкретного, кормя их сложными графиками, схемами и обещаниями.
Элайджа посмотрел на Хлою, оставив в покое мышку и теперь нервозно накручивая прядь волос на палец.
Так продолжать было нельзя - чтобы не потерять финансирования, нужно было предъявить хоть что-то. Однако он не хотел демонстрировать сырые прототипы, разъяснять на словах суть работы биокомпонентов и тириумной технологии. Вообще-то, этого было бы достаточно, даже это выглядело перспективно на фоне разработок конкурентов, но он хотел показать готовый продукт. Либо всё, либо ничего.
И этим «всем» была Хлоя - искусственный интеллект, первый с мире самый настоящий «сильный» искусственный интеллект. В поразительно жизнеподобной оболочке.
Он уже обсуждал это с Маргарет. Они наметили дату и удачный формат презентации - публичное прохождение Хлоей теста Тьюринга. Но чем ближе была эта дата, тем больше нервничал Элайджа.

Он даже не заметил, как пролетела ночь. В первый момент, когда Миллер, вынужденная перешагивать через прокинутые по помещению кабели, вошла в кабинет, он чуть было не спросил, не забыла ли она чего - ему показалось, что он попрощался с ней буквально полчаса назад. Потом только он понял, что за окном давно рассвело.
Он поздоровался, глядя на клавиатуру - все сотрудники компании уже привыкли к неспособности Камски поддерживать зрительный контакт:
- Миллер. Я немного оптимизировал алгоритмы хэширования - ничего существенного, просто хотел ускорить работу ассоциативной памяти, - зачем-то оправдался Элайджа за свою «ночную смену».
Он ведь не мог признаться, что это из-за нервов.
Он отодвинулся вместе со стулом от стола и встал, потянувшись и разминая затекшую шею. В свои 19 он был мало похож на главу «серьезной» компании. С неубедительной юношеской небритостью, в джинсах и в футболке с принцессой Леей, он был самым младшим из всех сотрудников. Прямо скажем, Миллер выглядела солиднее.
Камски подошел к RT600, безмятежно сидящей на узкой скамье у стены, с закрытыми глазами и сложенными на коленях руками.
- Доброе утро, Хлоя, - сказал Элайджа, выводя её из гибернации, в которой она пребывала большую часть времени. - Просыпайся. Сегодня у нас много работы.
И, не оборачиваясь, добавил, обращаясь к Миллер:
- Знаешь, мы вдвоём вряд ли мы сумеем сами объективно провести тестирование. Я подумал и понял, что никто из сотрудников нам не поможет. Для чистоты эксперимента придется задействовать постороннего непосвященного человека.
На человеческий язык это переводилось как намёк на то, что именно Маргарет предстоит придумать, где найти «постороннего непосвященного человека», раз уж из них двоих она лучше справлялась с социальным взаимодействием.

+4

3

Маргарет испытывала трепетное волнение. Какое полагалось человеку, дело жизни которого наконец сходило с мёртвой точки. Импрессионистские пляски перед инвесторами до поры до времени приносили свои плоды — «Киберлайф», основанная на пустом месте, процветала соразмерно своему старту: неторопливо и продуктивно. Но этого всё ещё было недостаточно. От них не требовали большего, вовсе нет. Однако в Миллер саднило чувство гнетущей неуверенности. Базовые прототипы работали исправно, такой затравки было достаточно для того, чтобы оправдать долгоиграющие амбициозные планы, которые осуществлялись где-то за ширмой. И сначала это «осуществлялись» носило скорее эфемерный характер: идея, замах в неизвестность.
А потом появилась Хлоя. Сначала как физическая оболочка; не более, чем подобная человеку лишь внешне машина. Затем она обрела разум.
Пожалуй, Маргарет была слишком настойчива. В целом и общем, понимая и разделяя желание Камски довести этот проект до презентабельного максимума, она всё же не могла отделаться от мысли, что последние месяцы они только и делали, что плясали вокруг да около. Хлоя была готова, всё в ней работало идеально. Управлял ли Элайджей страх неудачи или же закономерные опасения, Миллер не особо волновало.
Маргарет говорила: я хочу презентовать её миру. И хоть понятие «мира» было несколько преувеличено, на деле не выходя за пределы базового теста Тьюринга в маленькой комнатке, дислоцирующейся где-то в Детройте, в сути своего заявления Миллер не сомневалась. Она хотела презентовать Хлою, а не выставить на общий суд. Зрителям оставалось только принять тот факт, что рано или поздно Хлоя станет новым членом их семей. Со всем прочим справилась бы машина. Уже давно должна была справиться.
Нетипично приподнятое настроение Маргарет рассудила, как добрый знак. Длинные русые волосы собрав в тугой хвост и поправив очки на носу, учтиво по отношению к собственной нервной системе не обращала внимание на трясущийся картонный стаканчик кофе в одеревеневших руках. Со стороны всё выглядело вполне обычно: до неприличия пунктуальная сотрудница «Киберлайф», славившаяся своей приставучестью до мелочей и нездорово твёрдым характером. Никакого волнения, никаких переживаний. Так казалось.
При всех прочих ей достаточно ясно виделась ситуация со стороны: механическая выверенность и абсолютная логичность суждений (хоть и не Маргарет, но) общую массу людей отпугивала. И когда вопрос о работоспособности андроида отпал, сразу возникли новые. Неожиданно человеческие. В эпоху параноиков, скрытых камер и общедоступности любой информации, людям хотелось верить, что очередная машина в их доме не будет представлять из себя опасность. Что, по крайней мере, машина сможет создать видимость своей беспрекословной службы. А если машина, как в их случае, имела столь живую внешность, то ей предстояло научиться изображать из себя друга. Чтобы быть другом, машине предстояло научиться разговаривать с людьми на одном языке: вместо однозначных утверждений лишь предполагать, проявлять видимость эмоций, охотно идти на контакт, однако не докучать. Говорить ни о чём и обо всём одновременно. Сама мысль об абсурдности этих условий ставила Маргарет в тупик, однако на интуитивно уровне она прекрасно понимала — это необходимо. К тому же, если ставить в сравнение Камски и Миллер, то последняя, странным образом, куда лучше справлялась с социально-адаптивной частью. Не только умасливала треклятых инвесторов, но и достаточно ясно осознавала, что именно необходимо более широкой публике.
Перешагнув мотки проводов, девушка бегло оглядела Стоунхендж из банок из-под энергетиков. Неслышно хмыкнула себе под нос, отыскав глазами сгорбленный силуэт Камски. Маргарет, в отличии от своего коллеги, в любом случае спокойно спала по ночам — ясная голова нужнее и эффективнее, она считала.
— Ты бы позаботился о своём сне, а то от усталости с ума сойдёшь, — блекло отозвалась Миллер, картонный стаканчик кофе устроив с краю стола. Смахнула с чёрного пиджака приставшую рыжую кошачью шерсть. Неосознанность желания сегодня сделать всё безукоризненно правильным сильно разнилась с импульсивным решением, которое за мгновение до того, как перешагнуть порог кабинета, назрело в её голове.
Хлоя подала первые признаки жизни.
Изначально, когда андроид ещё находилась на стадии безымянного проекта, Миллер невольно завораживало зрелище пробуждающейся машины. Теперь эта процедура успела обрасти бытовой обыденностью. Маргарет ощущала себя так, будто расталкивала соседку по комнате после бурной вечеринки и уговаривала хотя бы сегодня не пропускать занятия.
Им нужно было воссоздать нечто подобное. Что-то из лёгкости этого социального взаимодействия между людьми. Группки людей сбиваются, исходя из общих интересов; и разбиваются, когда этих интересов нет. Человек, выгуливающий в парке собаку, непременно взглянет и поздоровается с другим таким же человеком с собакой. Им нужно было оттолкнуться от простейших ситуативных конструкций. Кстати, о парках.
— У меня есть парочка идей на этот счёт, — Маргарет в плохо скрываемом нетерпении постукивала носком ботинка по полу. — Собирайтесь оба. Немного прогуляемся.
Вблизи здания «Киберлайф» находился маленький сквер. Миллер любила прогуливаться там вечерами, в своём недолгом пути после работы домой. Недолгом, потому что снимала комнату поблизости. И частенько наблюдала из окна, как люди в кафетерии поутру сновали туда-сюда, будто рой ленивых осенних пчёл.
— Пусть притворится потерявшейся в городе приезжей, затем попробует хоть кого-нибудь разговорить, — расхаживая вокруг андроида, бегло объясняла Маргарет. Трудно не заметить, что она находилась в весьма эмоциональном ожидании. — Можно будет считать успехом, если Хлоя смутит людей исключительно как докучающая незнакомка.
Она с любопытством посмотрела в правдоподобно голубые глаза машины.
— Справимся?

+5

4

Система голосовых команд уловила и распознала знакомый голос и команду, и Хлоя «проснулась». БИОС разослал импульс по искусственной нейронной сети, расталкивая системы, разнося команду «работать». Бесшумно вздохнул тириумный насос, разгоняя по пластиковым сосудам голубую кровь, передавая данные, приводя тело в состояние готовности.
Хлоя открыла глаза.
Одна за другой запустились программы софта, загружая необходимые данные и плагины, восстанавливая кэш предыдущей сессии. 

Сегодня четырнадцатое мая две тысячи двадцать второго года. Детройтское время: девять часов семнадцать минут.

- Доброе утро, Элайджа. Много работы - это просто отлично, я соскучилась по работе. - Хлоя улыбнулась. - Я уже говорила, что мне нравится ваша футболка? - Ей уже три с лишним месяца как загрузили симуляцию человеческих эмоций, велев пользоваться, что она тщательно исполняла, наблюдая, сохраняя результаты. - Доброе утро, Маргарет, вы сегодня прекрасно выглядите, -  она аккуратно поднялась, привычно замерев перед Камски, который, глядя на нее, заговорил с Миллер. Хлоя перевела взгляд на молодую женщину, визоры зафиксировали стоящий на самом краешке стола традиционный стаканчик кофе и совершенно нетрадиционные для уверенной в себе Маргарет угловатые и резкие движения - и андроид сделала вывод, что Маргарет взволнована.

Cолнечно, плюс 21 градус, ветер северо-западный, 1-3 метра в секунду.

Хлоя подключилась к доступной ей сети, на внутреннем экране в колонке с бегущими строками посыпались новости. «Компания Майкрсофт собирается представить нового автопилота для электрокаров... Hyundai может показать концепт водородного спорткара на автошоу Детройта... На новой спортивной арене состоятся выступление юниоров... В The Majestic Theatre пройдет премьера нового мьюзикла... Детройт, штат Мичиган, город с творческим сердцем...» 
Хлоя, отсеивала поток ненужной информации и внимательно слушала разговор двух создателей.

В течение этого года раз за разом «просыпаясь» в светлой, просторной, заполненной всевозможной аппаратурой, проводами, датчиками, экранами и камерами комнате на одном из верхних этажей городской высотки - однажды ей разрешили пройти по кабинету в качестве теста-знакомства с окружающими предметами и пространством, и она, исследуя его вдоль и поперек, подошла к окну, и увидела землю «с высоты птичьего полета», - Хлоя видела все тех же двух человек.
«Элайджа Камски, 19 лет, ученый, глава компании «Киберлайф», создатель» и «Маргарет Миллер, 26 лет, программист, ведущий разработчик компании «Киберлайф», создатель», - отображала биометрическая идентификация.
Элайджа и Маргарет. Так Хлое следовало называть тех, кто изо дня в день пробуждали ее из небытия и трудились над ее ПО, делая совершенней, что-то прописывая, добавляя, исправляя, регулярно проверяя, как это все в ней работает, выискивая ошибки, заставляя демонстрировать способности и достижения.
Хлое «нравилось», когда к ней обращаются, она довольно быстро поняла принцип взаимодействия и обучения, как и поставленную задачу: «Вести себя, как человек».
Вот только выполнение оказалось не таким быстрым и простым, со множеством нюансов. Загруженных программ по психологии, этике, эмоциям, различным видам поведения и прочему «человеческому фактору», пытающемуся разъяснить, что же такое есть человек, даже если и давали полную картину, то были, скорее, кучей данных, библиотекой, из которой Хлое пока только предстояло научиться доставать нужные и правильные файлы, отсеивая лишние. Хлое не хватало практики, потому что вряд ли можно было назвать практикой общение в замкнутом пространстве с двумя очень одаренными, но весьма своеобразными личностями.
По нахмуренным бровям и изучающему или отстраненному взгляду Элайджи из-за стекол очков в широкой оправе, так же, как и по звонкому смеху Маргарет, далеко не всегда было понятно, что же Хлоя делает, сделала или ответила не так. С Камски вообще дело обстояло труднее, Хлоя перепробовала с ним множество линий поведения, но пока так и не подобрала подходящей. С Маргарет было относительно проще хотя бы потому, что Миллер реагировала, давая пояснения и вообще, охотно шла на контакт.
Но этого все еще было мало.
Люди, как андроид успела сделать вывод из усвоенного материала, сами являясь довольно сложными существами, но при этом не любили сложностей. А ее создатели, наоборот, эти сложности любили еще как. Научившись считывать мимику и расшифровывать эмоции Элайджи и Маргарет, Хлоя ловила все больше несоответствий с изученным, делая вывод о том, что, при всей идентичности человеческих реакций, подход и линия поведения к каждому человеку должна быть своей, индивидуальной. Она все еще не улавливала, что именно Элайджа имеет ввиду под «глупостью», которую она должна была проявить, и о которой, в порыве эмоций, как-то упомянул в споре с Маргарет, но только укрепилась в собственных выводах: ей нужно вести себя «как можно проще и естественнее». Потому, когда Миллер предложила собраться и выйти на улицу, ко множеству людей снаружи, Хлоя, перебрав варианты, выдала жизнерадостное «Это просто замечательно!», оценив масштабы предстоящего как «важный тест».
Она загрузила карту Детройта, подняла данные по поведенческой психологии и физиогномике, выбрав для предстоящего выхода на свежий воздух эвристический модуль поведения. Как ни странно, но за время общения с создателями Хлоя убедилась в одном: ей не нужно идти к цели напрямую и самым коротким путем, зачастую просто нет правильного решения  поставленной задачи или таких решений несколько, и чем больше она совершает ошибок с точки зрения точной и логичной системы, тем, обычно, удовлетвореннее выглядят оба создателя.

- Я очень постараюсь, Маргарет, - улыбнулась она самой искренней и дружелюбной улыбкой. - Думаю, проще всего спрашивать дорогу до метро или автобусной остановки. Или искать гостиницу.  Вот только... - Хлоя наклонила голову и показала на красивые босоножки Маргарет. - Мне нужна будет обувь?

В том, как она мало знает и сталкивалась в живую с разнообразием выражения человеческих эмоций, Хлоя убедилась, пока они дошли до сквера. В коридорах и лифте, как и на выходе им вряд ли попалось по дороге больше трех десятков человек, но материала Хлоя насобирала, записывая и закидывая в память выражения лиц, жесты и фразы, на хороший и полновесный аналитический вечер.
На улице Хлою оглушило. Она замерла на короткое время, решая новую, неучтенную задачу. Система распознавания звуков заработала на полную, стараясь узнать и вычленить нужное из многообразного шума фоновых звуков: шороха шин и гудков машин, топота шагов и шелеста одежды, шума пролетающих мимо дежурных дронов,  отдаленных разговоров проходящих вдалеке людей, щебета птиц, шелеста листвы, музыки из чьего-то плеера, звонка на приехавшем мимо велосипеде.
По дороге до сквера, как выяснилось, было столько интересного и непознанного, что если бы не  поставленная задача и целеустремленность Маргарет, Хлоя до цели точно добралась бы только к вечеру.

Отредактировано Chloe (12 февраля, 2019г. 20:26)

+5

5

Хлоя отреагировала на идею прогулки с воодушевлением. Кажется, единственным, что её обеспокоило,  было отсутствие обуви.
- Одежда тоже не помешает, - заметил Элайджа.
Об этом они позаботились заранее и, прямо скажем, это была наименьшая из проблем.
Напоследок Камски пошарил в ящике стола и нашёл спутанный клубок своих резинок для волос, выудил одну и подвязал Хлое волосы в хвост. Затем он отступил на шаг и некоторое время напряженно рассматривал её.
Есть ли в ней что-то, что может вызвать недоверие у людей? Что-то нечеловеческое в её внешности?
Необходимо было, чтобы с технической точки зрения всё было идеально, всё до мелочей. Чтобы движения губ не расходились со словами, которые она произносит. Чтобы имитация дыхания соответствовала речи. Чтобы визуальные сенсоры адекватно реагировали на движение, а зрачки - на свет. Чтобы искусственная кожа, в совершенстве передающая текстуру человеческой, работала без сбоев.
Это всего лишь прогулка, это ещё не тест - если она поведет себя необычно, неадекватно отреагирует на какое-то событие или реплику в свой адрес - что ж, в мире немало чудаков, и всякий имеет право на свои странности. Да даже если она выйдет на бульвар Вашингтона и начнёт убеждать прохожих, что она робот, её в худшем случае примут за сумасшедшую и вызовут 911 (что, впрочем, тоже нежелательный сценарий).  А вот если у нее отключится фрагмент кожи на лице...
Камски нервничал сильнее, чем ему хотелось бы.
- Мне не нравится эта идея, - сказал он Маргарет.
«Любой человек воспользовался бы смартфоном, чтобы погуглить всю нужную информацию», - хотел сказать он, но не стал - то, что он сам всеми силами избегал излишней социализации, не означало, что все люди таковы.
- Вернее, сама по себе идея прекрасная, просто я бы предпочёл проводить эксперименты в более контролируемых условиях... Но ты права. В конце концов, она ничему не научится, если мы продолжим держать её взаперти.

- Анекдот, - сказал Элайджа, - Возвращается СЕОшник из командировки домой к жене, заглядывает в шкаф купе угловой встроенный двустворчатый трехстворчатый италия корпусная мебель на заказ.
Это было одним из тех вечеров, когда они с Маргарет засиживались за работой допоздна, оставшись одни в офисе. По помещению, обходя препятствия, шагал угловатый технический прототип, отрабатывающий механику движений. Элайджа сидел, откинувшись в кресле и закинув ноги в кедах на край стола. Одной рукой он кидал об стенку теннисным мячиком, во второй держал бутылку пива.
- Мы пытаемся научить компьютер говорить на языке людей, но правда в том, что долгие годы это было взаимное движение навстречу друг другу. Люди сами давно научились говорить на языке компьютера. Сири недавно «обиделась» на меня за то, что я попытался отключить её командой «выход», а не «до свидания»... Ок гугл, суши детройт заказать с доставкой. В жизни мы так не говорим, но мы знаем, что эта фраза будет понятна машине. Тексты в прессе и в блогах оптимизированы ключевыми словами и избыточным именительным падежом, потому что они написаны не столько для людей, сколько для поисковых ботов. Улицы адаптируются для беспилотных машин, школьные тесты проверяют компьютеры - и школьники это знают. Компьютеры, конечно, подстраиваются под нас, но и мы подстраиваемся под них в равной мере. Как результат, мы многое прощаем машине и даже можем закрыть глаза на очевидную «машинность» - ради того, чтобы продолжать без проблем взаимодействовать с ней. Мы к этому так привыкли, что сами иногда начинаем так говорить и так мыслить, становимся гаджетами... Но забавно не это. Забавно будет, если мы обучим наш ИИ наиболее живой человеческой речи, а будущие пользователи андроидов так и будут общаться с ними в духе «ужин в шесть, чили приготовить»... 
Он снова бросил мячик в стену и сделал глоток пива. Самому Элайдже алкоголь, разумеется, никто бы не продал - ему еще не было 21-го, а попасть в неприятности из-за поддельного ID на данном этапе существования компании было бы скверно. Ему приходилось обращаться с просьбой купить пиво ко «взрослой» Маргарет, и та великодушно соглашалась.
- Ты не замечала, что когда пишешь программу, которая предлагает пользователю взаимодействовать с компьютером так, как будто это человек, то невольно начинаешь рассматривать самого человека как программу? Я хочу сказать... Чтобы создать андроида, нужно сначала суметь разглядеть андроида в человеке. И мы с тобой в чём-то такие же андроиды, как и она, - он показал на сидящую на скамье, еще незаконченную на тот момент RT600.

Пока Хлоя крутила головой по сторонам, пытаясь воспринять невероятные объёмы новой информации, Элайджа, державшийся вместе с Маргарет немного позади, не отрываясь, глядел на неё и внимательно наблюдал за каждым её жестом. В руках у него был планшет, с помощью которого он следил за работой её систем. Он с трудом удерживался от того, чтобы не дать ей подробнейшие инструкции, но это помешало бы эксперименту. Задача была простой - «вести себя, как человек», и им с Миллер нужно было оценить, как она сама с этим справится.
Детройт не был его родным городом. К началу века столица Мичигана пришла практически в полный упадок, и власти штата делали всё, чтобы уменьшить отток населения, восстановить инфраструктуру и сделать город привлекательным для бизнеса. И это было непросто: преступность, руины, пустующие дома, а кое-где и целые кварталы. А потому - низкая арендная плата, что делало Детройт неприятным, зато удобным для маленьких, амбициозных компаний вроде основанной три года назад «Киберлайф». Потому они и обосновались здесь, арендовав офис в высотном здании в центре.
В этом районе, конечно, шансы нарваться на неприятности были минимальны. Но всё равно Камски не был фанатом пеших прогулок.
- Центральный вокзал Мичигана, - сказал он в спину Хлое. - Гостиница или метро - слишком просто. Ты туристка и хочешь посмотреть на достопримечательности.
Всё же «где метро?» - «вон там» - «спасибо» - это не совсем полноценный разговор. Нужна была хоть какая-то тема для беседы. Центральный вокзал, много лет заброшенный и частично затопленный, привлекал случайных туристов и разных хипстеров, желающих пофоткаться для инстаграма на фоне живописных развалин. Подвох был в том, что пару лет назад вокзал выкупил Форд, чтобы сделать там свой хаб, и теперь в здании полным ходом шёл ремонт. Проще говоря, он был закрыт для посетителей - о чём туристка вполне могла не знать.
На скверу было немноголюдно - слонялись случайные прохожие, не по погоде тепло одетый старик кормил голубей, у оградки расположился бомж со своими пожитками, на скамейке сидела женщина в полицейской форме и ела хот-дог, запивая газировкой в банке.
- Мы будем рядом, - сказал Камски, скорее для себя, чем для Хлои.
Они с Маргарет остались в стороне. Камски, до этого мрачный и сосредоточенный, внезапно нервно засмеялся:
- Прости, мне вдруг представилось, что она сейчас возьмёт и сбежит, - пояснил он Маргарет, - Всё же первый раз на свободе, грех не воспользоваться случаем.

+4

6

Маргарет вздохнула, как если бы в споре кончились аргументы и всё, что осталось — это лишь небрежно от спора отмахнуться.
— Конечно эта идея тебе не нравится. Когда ты последний раз сам бывал на улице?
Не то что бы Миллер могла похвастаться лучшей социализацией. В её случае и выбора то не было, рабоче-деловое со временем перешло в категорию должного. Маргарет не мечтала наглухо закрыться в квартире, избавить себя от постоянных звонков, по часам распланированного дня и глупых вопросов, но окажись у неё подобная возможность, непременно бы ей воспользовалась. Наверное, к лучшему, что такое возможности до сих пор не возникло. Забавно, ведь такое плотное взаимодействие с людьми помогало лучше понять машины — лучше понять, чего от них ожидал человек. Казалось бы, список собственных прихотей сформулировать проще некуда. На деле ситуация обрастала неожиданными проблемами. Никто, кроме блогеров и — да, такие тоже водились — профессионалов, не возносил дизайн Apple в ранг самых удобных — потому что он был самым удобным. Никто не мыслил категориями «лучшее», никому не было дела до вычурных аналогов, все просто… привыкли. «Лучшее» говорило с потребителем на одном языке, понимало его желание, жило с ним в одном ритме.
Люди так устроены — адаптироваться под их нужды невероятно тяжело. Но если суметь, то можно смело вписывать себя в историю. Миллер не могла говорить за Камски, но ей хотелось бы, чтобы когда-нибудь андроид «Киберлайф» был в каждом доме, как утюг или, скажем, стиральная машинка — само собой разумеющееся.
В том, что в будущем потенциальные владельцы будут приписывать таким «Хлоям» характер или, скажем, искать в них друга, Маргарет не сомневалась. Мало кто рвётся называть вещи своими именами. Особенно если они преданно смотрят в глаза и подбадривают после плохого дня. Задачей Камски и Миллер было сделать так, чтобы в подлинности этих ободрений не возникало сомнений.
По её последним наблюдениям люди всё также выходили в магазин за продуктами, лениво прогуливались в парках, искали других людей — это абсолютно нормально, главное помочь Хлое осознать эту нормальность. Потому как с одним из её создателей всё давно было ясно.
— Элайджа, мы будем рядом с ней. Если вдруг что-то пойдёт не так, вызовем помощь. А людям скажем… Назовём это перфоманс.
Маргарет усмехнулась — вышло немного нервно, впрочем — и перевела взгляд на андроида.
Была виной тому излишняя нервозность или Миллер нафантазировала себе бог знает что, но смотря на Хлою, которая впервые увидела ничтожную частичку действительности вокруг, у неё невольно перехватило дыхание. Люди вплетаются в этот мир постепенно, на уровне подсознания в них откладываются образы, вспоминания из детства, рассказы матери. Они, так или иначе, в состоянии с окружением взаимодействовать — даже на одних инстинктах. Андроида же напичкали обилием теоретической информации и заставляли сделать вид, будто всё существующее ей знакомо. Будто всё это уже просмотрено, изучено, и не раз. Маргарет на секунду показалось, что, может, она поторопилась… Может, стоило начинать с малого. Но, чисто технически, сквер — не такая уж сложная задача для машины, аналитические способности которой превышают все мыслимые исчисления. Девушка попыталась вздохнуть спокойно, расправить плечи. Выходило скверно. Слоняющиеся бездельно прохожие раздражали, словно их было в пять раз больше, чем на самом деле. Маргарет едва отбросила желание выпалить: «У нас что, никто не работает?!» И поначалу даже не заметила нервного смеха Элайджи.
— Сбежит? — в самом деле, сперва девушка даже не поняла, что её коллега имел ввиду. Такой функции они точно не прописывали. Чтобы сбежать нужно желание. Или определённые критические обстоятельства. Ни то, ни другое их точно не беспокоит, поэтому…
Маргарет невольно вскинула брови. Так, будто до неё снизошло озарение.
— Перестань очеловечивать Хлою, — не без строгости проговорила Миллер, чуть склонив голову. — К тому же, мы её не пленили. Мы её создали, а «Киберлайф» — это её дом.
Не нравилось ей, когда всё слишком усложнялось. Это неизбежно, определённо. Маргарет не пыталась себя обмануть и была уверена, что когда-нибудь сама попытается разглядеть в машинах то, чего не существует. Но чтобы она смогла это сделать, Хлоя должна была пройти тест.
Маргарет оглянула сквер.
Хлоя уже милейшим образом болтала с каким-то мужчиной. Кивала головой в правильном ритме, эмоционально подыгрывала ответам, делала вид заинтересованности. Миллер чуть улыбнулась. Мизансцена — простейшая, прохожие люди даже не обращали никакого внимания. Странно было стоять чуть поодаль и знать, что в собеседнике одного человека скрывался совсем не человек. Это означало весьма оптимистичные прогнозы — если глядеть со стороны, то невербальные функции в Хлое работали превосходно.
— Молись, чтобы никто не позвал её на свидание, — наигранно тяжко вздохнула Маргарет, не сводя глаз с машины.

+2


Вы здесь » Detroit: Программный сбой » Эпизоды вне времени » [14.05.2022] probably human